Медианеделя: взрыв цемента, "голубые" и благоустройство

Пожар без рефлексии, подлинная любовь к длинным ковшам, в футболе только девушки, постановочные взрывы и другие события медиасреды за неделю.
Медианеделя: взрыв цемента, "голубые" и благоустройство

1. Начнем с трагедии. В субботу в Москве сгорела типография,16 работниц, 14 из которых – граждане Киргизии, погибли на месте, еще одна скончалась в больнице. На родине у киргизок траур, жители осторожно призывают к ответу правительство, допустившее, чтобы молодые женщины (самой старшей было 45, самой младшей - 17) уезжали на чужбину и там погибали.

В России освещение этой трагедии пока исключительно новостное. Уже выяснили, что девушки погибли не в бараке-общежитии, а в обычной рабочей раздевалке, на производстве они не жили. Работали они без трудовых договоров, незаконными мигрантами не были (Киргизия – в ЕАЭС, ее граждане имеют право жить и работать в России). Хозяин типографии предположительно сбежал.

Тем не менее, ни серьезного расследования, ни колонок, ни какой-то другой рефлексии в русских СМИ еще не было. Россияне несут цветы к посольству Киргизии в Замоскворечье, власти, в общем, никак особенно не реагируют (если не считать уголовного дела). Просто еще один день в столице Российской Федерации. Одна из немногих попыток как-то прорефлексировать эту ситуацию – заявление партии националистов, которые выразили сочувствие родственникам погибших девушек и потребовали введения визового режима с южными республиками. Другой аналитики у нас для вас нет.

2. В ночь на понедельник состоялась повторная “Ночь длинных ковшей”. Москвичи снова увидели кучи щебня и строительного мусора на месте кафе, киосков и магазинчиков, к которым они привыкли. Погибла “шайба” у метро “Парк Культуры” (“Хлеб Насущный” выехал из нее заранее), киоски около “Кропоткинской” (те, что выстояли в прошлый снос), торговый центр “Электрон” и еще около ста “самостроев”. Граждане ноют, бизнесмены, в общем, не очень (большая часть заранее договорилась с городом и получит компенсацию). В целом, на фоне полностью разрытого города, отмененных маршруток, чудовищных даже по меркам конца августа пробок и прочего благоустройства, основная реакция на это – сдержанный юмор. На этом фоне выделяется, конечно, репортажное интервью-прогулка корреспондента Российской газеты с мэром Москвы Сергеем Семеновичем Собяниным.

Это образцовый текст, близкий к гениальности. Во-первых, даже на фоне других текстов Российской газеты такой искренней любви к начальству, такого восхищения московским благоустройством мы еще не видели. РГ переплюнула даже московские издания и информационные агентства. Во-вторых, Сергей Семенович дает москвичам ценный совет: надо жить в реальной жизни, а не в социальных сетях. Потому что в социальных сетях юзеры ноют, показывают друг другу фотографии разрытой Тверской, гранитных гробиков на ней, ужасов ливневой канализации и вообще недовольны, а в реальной жизни москвичи его только благодарят за программу “Моя улица” и просят, чтобы бульдозеры и отбойные молотки как можно скорее пришли к ним под окна.

Интервью потрясающее с первого вопроса:

Сергей Семенович, предлагаем вам отправиться сегодня одиннадцатым маршрутом.

Сергей Собянин: А что это такое?

Ну, как что? На своих двоих. Любите гулять пешком?

Сергей Собянин: Согласен. Это одно из моих главных удовольствий.”

Алексей Навальный со свойственной ему бестактностью отреагировал на это интервью (или просто по времени совпало) очередным расследованием того, сколько московское правительство и близкие к нему структуры тратят на пиар своих достижений. Получились довольно космические суммы (впрочем, по нашим сведениям, это лишь один из ручейков, текущих из московского бюджета в разные издания).

3. Василий Уткин, самый большой спортивный журналист в нашей стране, открыл школу футбольных журналистов и скоро начнет набирать в нее людей. И прямо в объявлении об этом на странице школы в фейсбуке заявил, что берет в нее только молодых людей, то есть юношей. То есть девушек не берет. И, разумеется, угодил в небольшой феминистский скандал, потому что когда ему на это указали, он начал оправдываться и делать это предельно неловко. По его мнению, девушки в футбол не играют, девушек-футбольных журналистов в отечественном медиапространстве практически не существует, да и не надо, пустая трата времени и денег. Девушки в комментариях сыпят нехорошими словами, юноши всех возрастов пытаются доказать, что кто девушку ужинает, тот ее и танцует, и частная лавочка может вводить свои правила, медиа-феминистки рассказывают, что такое равные возможности и почему так нельзя. Мы, в общем, скорее на стороне феминисток.

4. Министерство обороны Украины уволило Дмитрия Муравского, фотографа и волонтера-советника министра обороны, снявшего потрясающий кадр: двое военных несут третьего – раненого, на заднем плане страшный взрыв, в углу кадра стоит детская коляска. Кадр, как выяснилось, в частности, благодаря журналисту Сергею Лойко, постановочный: журналист положил взрывпакет в бочку сухого цемента, поставил в кадр коляску, срежиссировал красавцев-военных, чтобы они несли товарища на плечах и снял потрясающую драматичную картинку. Соврал, короче говоря.

Тут интересно то, что чуть больше полувека назад так было можно. Разные великие кадры Второй мировой войны, включая водружение знамени и над рейхстагом, и над Иводзимой, тоже были постановочными. Советские журналисты-пропагандисты срежиссировали множество фотографий и сочинили массу репортажей. Американские, в общем, тоже. Теперь за такое людей выгоняют из газет и агентств. Даже на Украине, где нынешняя война воспринимается почти как Отечественная, а журналистика, по мнению многих общественных деятелей, должна быть пропагандой.

Можно, наверное, считать это прогрессом.

5. “Новая газета” выступила в жанре “как нас не пустили”: они, после долгих переговоров, взяли интервью у Татьяны Москальковой, уполномоченной по правам человека в России. Выяснилось, что госпожа Москалькова, генерал-майор милиции в отставке, не знала, что такое “Новая” (ее аппарат попросил десять последних номеров газеты для ознакомления), не знала про старейшие правозащитные организации “Московская хельсинская группа” и “Мемориал”, не признает наличие в России политзаключенных. В конце концов она просто выгнала спецкора  Павла Каныгина из машины, в которой проходило интервью, потому что ей надоели вопросы про политзаключенных и “голубых”, а вопросов про право россиян на отдых Каныгин не задал. Газета опубликовала это интервью, предварительно прислав его Москальковой на согласование (впрочем, три дня на письмо ответа не было, так что это чистый несогласованный текст, что, в случае интервью с чиновниками, редкость и особенно ценно). Отличный текст в результате получился: сама омбудсвумэн о себе все рассказала, а дополнительные подробности разговора придали ему законченную выпуклость. Жалко только, что теперь ее опытом будут пользоваться другие чиновники: не понравился вопрос – позвать вышибал и выгнал корреспондента на мороз.

30.08.2016 16:52
Share